Встреча Путина и Трампа: шанс на перезагрузку выглядит минимальным.

Встреча Путина и Трампа: шанс на перезагрузку выглядит минимальным.

 

Общие оценки встречи: растопит ли рукопожатие двух президентов лед холодной войны?

7 и 8 июля в немецком Гамбурге состоялась ежегодная встреча «большой двадцатки» (G20) — саммит лидеров 20-ти ведущих стран мира. Это центральное событие лета, о котором писали задолго до начала мероприятия. Центральным событием G20 стала первая встреча президентов России и США.

Сам Трамп назвал итоги G20 «превосходными» — увы, слишком общая оценка, тем более Трамп склонен переоценивать свои достижения: бизнесмен явно доминирует в нем над дипломатом.

Главный, по мнению многих, итог — возобновление личного общения американского и русского президентов после холодной войны при администрации Барака Обамы.

Полгода, прошедшие после вступления в должность президента Дональда Трампа, не принесли улучшения в русско-американские отношения. Более того: их состояние продолжает ухудшаться. Россию продолжают обвинять (уже при новой администрации!) во вмешательстве в выборы президента США, в агрессивных действиях против соседей (лимитрофные государства Прибалтики и, конечно же, Украина), в военном присутствии в Донбассе. Буквально в канун саммита G20 Дональд Трамп, находясь в Варшаве, сделал па слона в посудной лавке: напомнил о вине России перед Польшей, подразумевая события 1939 и 1944 годов. Оставив в стороне объективность этих обвинений и компетентность Трампа в исторических вопросах, обратим внимание на их политическую некорректность. Собираясь восстанавливать разрушенные предшествующей администрацией двусторонние отношения с Россией трудно было найти лучший способ посеять (точнее, усилить) недоверие у русских. Это ему удалось: в русской прессе появилась серия статей с негативной трактовкой выступления Трампа и польских политических претензий к России, основанных на однобоком и избирательном прочтении событий 70-летней давности.

Принимая во внимание, что перед сверхдержавой №1 США и Россией стоят как минимум три важнейших внешнеполитических проблемы: Сирия, Северная Корея, бывшая Украина, едва ли разумно было обвинять современную Россию за явные или мнимые преступления СССР. В русском экспертном патриотическом обществе в канун саммита возобладало недоверчиво-скептическое отношение к его возможным итогам. Если судить по фрагментарной информации о ходе саммита и их смысловых продолжений (в частности, визит госсекретаря Рекса Тиллерсона в Киев, поддержка президентом антироссийских санкций и др.) оснований для недоверия достаточно. Из обсуждаемых на двусторонней встрече вопросах, ставших известных широкой публике, — готовность Д. Трампа пойти на отмену антироссийских санкций-2 (навязываемых Европе самими американцами) и готовность рассмотреть вопрос о возвращении дипломатической миссии России, отнятой недвижимости в США. От России, разумеется, ожидают встречных уступок. Напомню, конфискация недвижимости была сделана уходящей администрацией Б. Обамы в декабре 2016 года. Напомню, что В. Путин вместо симметричного шага пригласил детей американских дипломатов на рождественскую ёлку в Кремле Трамп прокомментировал в своем твиттере: «Этот парень (Владимир Путин — Э.П.) очень умен!». Однако уже став хозяином Белого дома Д. Трамп не пошел на отмену этого несправедливого и нарушающего дипломатические каноны шага. Трамп — бизнесмен, а значит, за любой свой шаг он рассчитывает получить доллар прибыли. Для политика такой меркантилизм, я полагаю, означает недостаток стратегического мышления. И доверия Владимира Путина такое поведение уж точно не вызовет. Как итог — вместо «доллара» Трамп получит в актив стойкое, хотя явно не выраженное недоверие со стороны Путина.

В выигрыше остался Китай, демонстрирующий искренний характер стратегического союза с Россией. Сторонники антиамериканского крыла русской элиты получили дополнительные аргументы.

Подтверждением недоверия и отсутствия партнерского диалога с администрацией Д. Трампа могут служить действия обоих сторон переговоров. 11 июля Белый дом поддержал антироссийские и антииранские санкции, которые предусмотрены в законопроекте сената. При этом администрация Дональда Трампа недовольна лишь некоторыми положениями документа, которые предусматривают ограничение полномочий президента.

В тот же день в Москве заявили о планах выслать около 30 американских дипломатов и наложить арест на собственность США в России. Поддержку администрацией Д. Трампа антироссийских санкций можно при очень большом желании назвать вынужденным шагом (что делает, например, известный политический эксперт-международник и сенатор А. Пушков). Но эта позиция не дает ответа на вопрос: почему Россия должна бесконечно терпеть односторонние антироссийские шаги США? Озвученная готовность выслать американских дипломатов и арест недвижимости американской дипмиссии — вынужденный симметричный шаг России, дающий понять, что диалога в Гамбурге не получилось. Владимир Путин, в отличие от импульсивного Дональда Трампа — очень выдержанный политик, чья сдержанность вошла в поговорку. Следовательно Россия почти исчерпала запасы «стратегического терпения» (фраза Трампа, характеризующая стиль поведения Путина, а не её автора).

Сложнее проследить договоренности В. Путина и Д. Трампа (если они состоялись) по сирийскому и северокорейскому вопросам. Каких уступок может потребовать Трамп у России — более или менее очевидно. Но что россия может получить взамен, а главное — может ли она рассчитывать на соблюдение договоренностей? Русские имеют давние традиции обманутых ожиданий начиная с Карибского кризиса 1962 года, не выполненных обещаний не расширять НАТО на восток, данных Горбачеву. Наконец, сам Путин предоставил плечо американскому народу 11 сентября 2001 года, первым из мировых лидеров выразив поддержку и предоставив американцам зеленый коридор в Афганистан и возможность создать свои военные базы в Узбекистане, Киргизии и Таджикистане и перевалочную базу в Ульяновске (Россия). Россия ликвидировала последние военные базы во Вьетнаме и на Кубе. Что взамен? Новый виток холодной войны и поддержка грузинской военной агрессии, первая «оранжевая» революция на Украине. Это была самая крупная политическая ошибка президента Путина. Думаю, русский президент не видит причин доверять Трампу больше, чем Бушу-младшему.

И всё же диалог начат — и это, наверное, главное достижение саммита. Шансов растопить лёд в двусторонних отношениях откровенно мало, но они всё же есть.

Украинский вопрос на встрече лидеров США и России.

Больше материала для анализа предварительных итогов встреч двух президентов дает украинский вопрос.

Саммит стал большим неприятным сюрпризом для украинских властей. Президент Порошенко не был приглашен на саммит. Это сделано по решению хозяйки саммита канцлера Ангелы Меркель. В русских СМИ популярна версия: недовольство Берлином неисполнением им Минских соглашений. В конце сентября состоятся выборы в бундестаг и Меркель не заинтересована лишний раз напоминать немецкому избирателю о провале немецкой внешнеполитической стратегии. Порошенко — нежелательный гость в немецком доме. Ангела Меркель решила его проблему изящно — просто не позвала его на встречу мировых лидеров. И последующая после переговоров Путина и Трампа встреча «нормандской четверки» проходила, соответственно, без участия больного — Украины.

На Украине с нескрываемой тревогой наблюдали за предстоящими переговорами и их непосредственным ходом. Украинскую верхушку можно понять: судьба Украины решается без участия украинского президента.

Изучение украинской прессы выявило широкий спектр прогнозов и оценок: от почти панических («американский и европейские союзники отдают Украину Путину!») до хвалебных, склонных низводить G20 до заурядного и рядового события. Немало в украинских СМИ было комментариев и оценок, сводившихся к тому, что закрытые переговоры Путина и Трампа (длились 2 часа 15 минут) сводились к монологу американского президента, который поучал русского коллегу. Прошедшая  накануне саммита встреча Порошенко с Дональдом Трампом (длилась пол часа), напротив, была восторженно прокомментирована провластными украинскими СМИ.

Впрочем, со стороны серьезных украинских экспертов звучали очень здравые и трезвые оценки саммита. Парадоксально, но они во многом совпадают с оценками русских экспертов, не поддавшихся ажиотажу завышенных ожиданий.

Из достижений встречи Путина и Трампа, имеющих более осязаемый характер: президенты договорились создать постоянно действующий канал двусторонней связи по украинскому вопросу. Было заявлено (впрочем, ещё до саммита) о создании должности американского спецпредставителя по Украине, что в какой-то степени превращало «нормандскую четверку» (Германию, Францию, Украину, Россию) в формат «4+1».

Развитием украинского вопроса стал визит (на следующий день после саммита и через 2 дня после беседы президентов Путина и Трампа) госсекретаря Рекса Тиллерсона в Киев.

Тиллерсон прилетел в Киев 9 июля, в аэропорту Борисполя его встречали подобострастные представители украинского истеблишмента. Иными словами, его встречали фактически как главу иностранного государства, что подчеркивает сервильность украинской правящей верхушки и её зависимость от американцев.

Уже находясь в Киеве Тиллерсон дал понять, что Украина — всего лишь инструмент для давления США на Россию («Президент Трамп чётко указал на то, что прогресс … по решению кризиса на Украине, возобновлению суверенитета и территориальной целостности Украины является важным для того, чтобы отношения между США и Россией улучшились»). Это заявление должно было встревожить украинский политикум, если бы в нем руководствовались рациональными подходами. Украина в планах США — обреченная страна. Она должна быть или тараном против России или (что менее вероятно) стать разменной монетой в торге с Москвой. То и другое унизительно для украинской национальной гордости, но ещё более опасно для украинских национальных интересов.

Не меньшую тревогу заявления и действия Тиллерсона и его команды должны вызвать в России. Глава Госдепа выразил разочарование отсутствием прогресса по реализации Минских соглашений, при этом призвав Россию сделать первые шаги по прекращению огня в Донбассе: повлиять на отведение тяжёлого вооружения и обеспечить безопасное пребывание миссии ОБСЕ в регионе, — хотя Москва выступает наравне с Германией и Францией в качестве гаранта, а не участника конфликта.

Вместо ожидаемой оптимистами «перезагрузки» русско-американских отношений произошло повторение старых обвинений в адрес Москвы. Обвинений, сделанных с целью оказания давления. Итоги саммита в Гамбурге, точнее, их оценки как «превосходных» из уст президента Трампа диссонируют с заявлениями Тиллерсона.

Не меньшую настороженность в России вызывает фигура спецпредставителя США по украинскому вопросу.

После визита Тиллерсона в Киеве остался на несколько дней Курт Волкер, бывший высокопоставленный аналитик ЦРУ, известный как ястреб и сторонник сверхжесткой политики в отношении России. Волкер с 2014 года открыто лоббирует вступление Украины в НАТО и настаивает на поставках летального оружия и прочих видов военной помощи Украине. А также выступает за усиление американского военного присутствия в странах, граничащих с Украиной. Последствия этого могут быть не просто опасны, но даже роковыми, вплоть до прямого военного столкновения России и Запада. Впрочем, Волкера это не пугает. Точнее, он считает решимость русских отстаивать свои интересы на собственных границах блефом — и совершенно напрасно. Второй принципиальный тезис Волкера — критика европейских партнеров США, которые недооценивают «русскую угрозу» и не соглашаются (пока) помогать Украине, в том числе, военными средствами.

Как бы в подтверждение его позиции 9 июля в аэропорту Одессы приземлились военные и транспортные самолеты НАТО с живой силой и военной техникой для проведения военных учений «Си бриз-2017».

Итак, перспективы решения украинского вопроса в диалоге лидеров США и России не стали выглядеть более оптимистично. Обвинение Москвы в срыве Минских соглашений (именно так следует понимать слова Тиллерсона), назначение спецпредставителем США в Киеве последовательного сторонника жесткого давления на Россию и принятия Украины в НАТО не должно создавать особых иллюзий о перспективах новой «перезагрузки» двусторонних отношений США и России. Прорыв в двусторонних отношениях России и США по донбасскому вопросу выглядит как маловероятный и даже иллюзорный. Напротив, есть основания предвидеть усиления давления на Москву. А украинский вопрос — при всей важности сирийского и северокорейского — вопрос номер 1 для национальных интересов и национального мнения России.

Парадоксально, но этот вывод (если он верен) должен вызывать в России осторожный оптимизм. Вероятно и почти наверняка Владимир Путин был готов к подобному итогу и не питал особых иллюзий от встречи с Дональдом Трампом. Несмотря на очевидные человеческие симпатии, которые русский президент питает к американскому коллеге, никуда не исчезли объективные противоречия между американской правящей элитой и Россией. (Замечу в скобках: в России нет сильной американофобии в точном смысле этого слова, точнее, американофобия ограничивается исключительно правящими кругами). И жесткая, традиционная для республиканцев тактика борьбы с противником более удобна и предсказуема для России, чем «удушение в объятиях», характерное для поведения демократов.

Полагаю, что итоги переговоров двух президентов и ряд последующих действий администрации Д. Трампа и русского руководства позволяют говорить скорее о высокой вероятности пролонгации новой холодной войны, чем новой «перезагрузки».