Йозеф Скала: «Демократические интересы сегодня защищают только настоящие левые».

Йозеф Скала

Э.П. Каким Вы видите развитие левой — социалистической и коммунистической мысли? Демонстрирует ли она творческий потенциал, является ли «новой» или находится на прежних неизменных позициях?

Й.С.— Она до сих пор является жертвой так называемого «нового» мышления, которое придумал Горбачев сотоварищи. Это, конечно, серьезное искажение левой мысли. Но многие современные теоретики до сих пор находятся под давлением стереотипов, которые насаждались этим «новым» мышлением. А оно ведь никогда и не было новым! Напротив, оно было программой возврата в далекое прошлое. Однако, рождаются новые философские таланты, которые хорошо представляют, что происходило до «катастройки» (термин известного русского социолога Александра Зиновьева, симбиоз слов «перестройка» и «катастрофа» — Э.П.), и выступают со свежими идеями. И у нас в Чешской республике есть группа молодых теоретиков, которая способна довольно глубоко анализировать тенденции развития современного капитализма, оценивать тупики, ловушки, в которые он попадает и для выхода из которых правящие западные элиты не способны ничего сделать. Например: долговая ловушка! Ловушка хаотической миграции из третьего мира в Европу! Или явление, когда то, что раньше было прибылью на капитал, двигателем прогресса, теперь стало рентой, паразитической рентой! Недавно у нас вышла книга молодой экономистки Илоны Швегликовой, которая называется «Капитализм, социализм и будущее». В ней весьма глубоко описываются процессы, происходящие в недрах капитализма. При этом автор задумывается, что из этого вытекает для практики левых сил, как они могут внедрять свои программы с учетом сложившихся военных и экономических условий. Это весьма интересная тема, которая требует специального разговора. Главное, что есть новые лидеры, что теория тоже развивается.

Э.П. Насколько левая мысль является общедемократической, в чем это проявляется?
Й.С.- Современные правящие элиты ведут себя в отношении демократи, так сказать, все хуже и хуже. Это закономерно, глобальный капитал не нуждается в настоящей демократии. Он даже целый ряд полномочий, которые еще оставались в руках государств, берет на себя (этой проблеме специально посвящено исследование британского социолога: Колина Крауча. См.: Colin Crouch. Post-Democracy, 2004 – Э.П.). Поэтому вопросы демократии, демократические ценности, требования остаются без своего спикера. Либеральные партии уходят от решения этой проблемы, они фактически становятся слугами мирового капитала. Сдались даже социалисты.

Э.П. Получается, что единственными настоящими демократами остаются левые?
Й.С.- Действительно, интересы народа, демократические интересы сегодня защищают только настоящие левые, можно сказать даже радикальные левые. При этом нарастает количество популистский партий, которые перехватывают у левых их привычные традиционные политические площадки. Они же занимают и места, с которых уходят либералы.

Э.П. Обычно левая мысль ассоциируется с защитой социально-экономических прав трудящихся и угнетенных народов. А что современные левые в Европе могут предложить для защиты традиционной культуры и морали?

Й.С.- Традиционная культура и мораль находится под давлением некоторых агрессивных сил и тенденций. С одной стороны, это американизация, которая выдавливает европейскую культуру и искусство. С другой стороны, наваливается хаотическая волна исламской миграции, которая насаждает в целом ряде европейских стран свои культурные образцы и стереотипы. Известно, что во Франции, в Германии появляются перечни так называемых «No-Go»-зон, в которых не рискуют появляться даже те, кто в них родился. Там создаются центры агрессивного фундаментализма, которые очень враждебны к культурным ценностям Европы. Это крайне опасное явление. И левые силы, откровенно говоря, не находят адекватных ответов на эти вопросы. Многие из левых решили, что надо быть интернационалистом в этаком странном искаженном виде. Ангела Меркель вообще договорилась до «Добро пожаловать»… Но помочь целому третьему миру, который является жертвой империализма, и защищать элементарные интересы непривилегированных, угнетенных слоев в Европе таким образом нельзя. Нельзя в этом отношении и двигаться хаотически — нужно найти сбалансированный подход, а эта задача в Европе еще далеко не решена. Возьмем интересный пример Германии. То, что движение «Альтернатива для Германии» получило на выборах поразительные для многих результаты, связано с тем, что известные левые партии вовремя не нашли адекватных решений и подходов к избирателям.

А.Г. Вы хотите сказать, что «Альтернатива для Германии» отобрала голоса и поклонников у традиционных левых партий?
Й.С.- Да, наши друзья, которые в Германии всегда имели достаточно сильные позиции, на этом этапе проиграли.

А.Г. Как Вы оцениваете участие КПЧМ в прошедших выборах в парламент Чешской республики? Сильные и слабые стороны этого участия?
Й.С.- Для нас последние выборы в парламент успехом назвать никак нельзя. Мы получили самые плохие результаты начиная с 1921 года! Результата ниже 10% у нашей компартии еще никогда не было. До этого самый слабый результат, кажется, 10,6% был в 1929 году. Конечно, это означает, что вся наша политическая работа получила очень низкую оценку. Результат этот для нас усугубляется тем, что примерно 60% голосов на выборах составили так называемые «голоса протеста». Те партии, которые стабильно были у власти, начиная с 1990 года, потеряли можно сказать все. Некоторые из них с трудом поднялись над планкой в 5%, которая позволяет пройти в парламент. Бывшие лидеры — Гражданская Демократическая партия и Социал-Демократическая партии набрали еще меньше нас, коммунистов. Причем социальные демократы скатились к 7,3% с позиции правящей партии! В чем причины? Люди, с которыми капитализм ведет себя просто неприличным образом, потеряли надежду и на защиту от него, и на улучшении своих позиций от левых сил. Это для нас очень серьезное предупреждение. И коммунисты, в первую очередь, должны задуматься, как дальше вести свою политику, какие изменения нужно внести в содержание и методы своей работы. Волна переворотов в социалистическом мире в конце 80-х и начале 90-х годов привела к вере в сладкие иллюзии. Это было время иллюзионистов, которые обещали, что мы через пару лет будем жить как в Швейцарии и т.д. Это время безвозвратно прошло. Сегодня в массах Восточной Европы доминирует разочарование, страх перед будущим. Для партий по-прежнему важны избиратели. Но уже прошло время 90-х годов, когда мы боролись за выживание, находились по постоянной угрозой запретов. Увы, некоторые левые партии как бы заморожены в тех временах, в 90-х годах. А нам нужно быстрее вносить изменения в свою политику так, чтобы мы опять стали спикером критических настроений масс. Чтобы люди опять стали связывать надежды на изменения к лучшему с нами, а не с популистами.

А.Г. То есть популисты сейчас стали главными конкурентами компартий? И коммунисты должны либо становиться популистами, либо находить совсем новые подходы к реформации общества, к нуждам избирателей?
Й.С.- Вы правы. Но я бы добавил еще одно замечание. Лидеры левых, в том числе коммунистов, занимаются сейчас своеобразным алибизмом (самооправданием). Они говорят: «Но мы же не можем быть как эти популисты!». Таким образом, они как бы умывают руки, мол мы не будем касаться этих скользких тем. А нам нужен как раз противоположный, активный подход, мы должны перехватить инициативу и вести самую радикальную политику, предлагать более интересные, привлекательные ответы на самые острые вопросы современности. При это не стать жертвой популистской демагогии.

Э.П. Насколько опасна будущему Европы милитаризация континента: размещение в ряде европейских стран американского ядерного оружия, размещение новых воинских формирований США, создание дополнительных подразделений НАТО близ границ России?
Й.С.- Это очень опасная тенденция. И конечно, мы должны активно бороться в Чешской республике против сил, которые поддерживают такую государственную политику. Разъяснять, что никаких дивидендов, например, от размещения чешских вооруженных сил на границах России в Прибалтике у нас нет (в трех странах Прибалтики, Латвии, Литве, Эстонии, граничащих с северо-западным регионом России, размещены три ново созданных батальонов НАТО тысячного состава на принципах постоянной ротации под контролем США, Великобритании, Канады — Э.П.)! Для нас это представляет собой только затраты и огромный риск. Понятно, что если дойдет до какого-нибудь конфликта, то Прага будет к нему ближе, чем Берлин, Париж, Лондон. Кроме того, все это связано с экономическими санкциями Европейского Союза и контрсанкциями России. Которые экономике Чехии и улучшению нашей социально-экономической ситуации никак не способствуют. Совершенно ненормальна кампания в духе апогея холодной войны, которая сейчас ведется против всего русского, в которой доходит до того, что каждый, кто например, критикует политику Европейского Союза, объявляется «агентом Кремя», ФСБ (Федеральная служба безопасности России, русская контрразведка и политическая полиция — Э.П.) и так далее. Все это конечно чепуха и никто не имеет доказательств подобной деятельности. Но в атмосфере новой холодной войны жертвами становятся левые силы, которые подобную политику не поддерживают. Они подвергаются остракизму, скандализации, их делают врагами и под этим поводом пытаются отстранить от участия в политической жизни стран, от управления государством. В Чехии, например, обнародованы списки 40 сайтов, которые обвиняются в том, что они являются «рукой Кремля».

А.Г. Газета коммунистов «Haló noviny» тоже в списке?
Й.С.- Нет. Но в отношении ее это как бы само собой разумеется. Это смешно. Мы, коммунисты, считаем современную Россию очень важным фактором равновесия в мире. А с другой стороны мы относимся критически к целому ряду явлений внутри России, например, к большим социальным ножницам. Мы открыто критикуем эти явления. Диссиденты 21-го века – это не те люди, которые оплачиваются чужими посольствами.

Э.П. Может ли Украина выступить в роли полигона столкновения НАТО-Россия? Как может быть решена ситуация на Украине?
Й.С.- Сегодня я читал интересную статью нашего, точнее, словацкого диссидента, в хорошем смысле слова, который сказал, что если будет третий майдан, к которому, кажется, идет дело, то он станет, так или иначе, протестом против американской политики. Сегодня те, кто там кричит, это те же добровольцы, которые свергали Януковича, одна и та же группа. Но объективно они протестуют против коррупции, против низкого уровня жизни большинства украинцев. Даже по сравнению с тем, что там было пару лет назад, условия жизни сильно ухудшились. И процесс продолжается. Парадокс в том, что люди, которые говорят об этом от лица миллионов пострадавших, еще недавно служили Порошенко, Ярошу и прочим русофобам, которые превратили страну в плацдарм для давления на Россию. Сумасшедший дом… Я опасаюсь одного, что на Украине ещё не сформировались представительные и влиятельные силы, которые бы могли дать отпор этой националистической демагогии и проамериканской политике. Поэтому ситуация напоминает происходившее в 30-е годы в Германии. И есть угроза, что чем более будет ухудшаться обстановка, тем скорее люди опять станут жертвой нацистов, тех, кто связывает себя с Бандерой и гитлеровцами, с фашистскими символами и идеологией. Это очень опасное направление.